Рейтинг Ролевых Ресурсов - RPG TOP
ПОСЛЕДНИЕ НОВОСТИ:
REBIRTH OF THE KINGDOM
запущен на первый круг! Пора возрождать магию! Все в теме первый круг: обсуждение

Fairy Tail: Abyssal

Объявление


Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Fairy Tail: Abyssal » ЛИЧНЫЕ ЭПИЗОДЫ » Веский довод


Веский довод

Сообщений 1 страница 5 из 5

1

ВЕСКИЙ ДОВОД

https://i.pinimg.com/474x/e3/55/29/e3552991cbe4ebcfba10fabf5aaeea8e--pokemon-dungeon-the-dungeon.jpg

< УЧАСТНИКИ >
Larcade Dragneel, Millianna

< МЕСТО И ВРЕМЯ >
Спустя сутки после разгрома Арболеса в войне, подземелье гильдии "Русалкин Башмачок"

Битва с Империей выиграна, уцелевшие зализывают раны и подсчитывают потери.
Казалось бы, самое страшное осталось позади, во вчерашнем дне, принесшем так много горечи и страданий, однако ни одна победа не бывает бескровной. Кагура Миказучи ранена слишком тяжело, чтобы спокойно дожидаться помощи от и без того по горло занятых целителей, который сейчас так не хватает. Миллианна знает, что время играет против нее, равно как и о том, кто сейчас находится в плену у ее гильдии.
Ей нужно всего лишь  найти веский довод, чтобы убедить Ларкейда помочь.

0

2

Здесь заметно чище и удобнее, чем в темницах под Вистарионом. Никаких тебе крыс, размером с младенца, плесени по углам, пробирающей до костей сырости и тусклого света единственного на весь коридор факела. Настоящая цивилизация. Или, вернее будет сказать, вотчина гильдии боевых дамочек, держащих даже подвал своей забегаловки чуть ли не в образцовом порядке.
Ему оставили слабенький светильник - вполне достаточно, чтобы тот не мешал спать. Поставили какую-то кушетку, явно не рассчитанную на взрослого человека, но достаточно мягкую, чтобы Ларкейд с относительным удобством устроился на ней, держа в поле зрения тяжелую дубовую дверь. Рядом с его ложем стоит доверху наполненный графин с водой, а в дальнем углу кто-то даже поставил внушительных размеров бадью... для известных целей.
Многие заключенные Империи сочли бы такие условия полноценной поездкой на курорт.
Драгнил, однако, мало озабочен их мнением как раньше, так и сейчас. Со всем доступным комфортом устроившись на отведенной ему территории, он пытается прорваться сквозь барьер, установленный вокруг него дурацкими кандалами-браслетами, блокирующими магию. Осторожно, не спеша, продумывая каждый шаг, чтобы ненароком не привлечь к себе ненужное внимание: раны этериаса успели затянуться, но не прошли полостью, да и сражаться вновь, не восстановив толком силы - затея глупая и опасная.
Сейчас, пока те, кто наверху, еще не отошли от битвы, дергаться не стоит. Бдительность и паранойя после битвы не укладываются так легко и быстро, чтобы Ларкейд мог без оглядки на своих пленителей действовать слишком уж нагло.
Он пытается вновь ощутить связь с отцом. Понять, что с ним произошло. От этого зависит все. Без преувеличения, прикрас и прочей высокомерной чуши. Существование этериаса неразрывно переплетено с жизнью его создателя. И того факта, что он все еще не развоплотился, Драгнилу вовсе не достаточно.
Не получалось. Либо он сам был все еще слишком ослаблен, чтобы пробить защиту, либо с отцом случилось... что-то непредвиденное. Мало ли способов вывести из игры кого-то бессмертного? Ларкейд и сам успел не раз и не два озадачиться этим вопросом, благо, время и даже повод у него находились.
Он был, в определенном смысле, достойным сыном своего родителя.
Этериас вздохнул и потянулся к кувшину, звякнув короткой цепью, соединяющей его кандалы. Если постараться, от этого досадного недоразумения можно было бы попытаться избавиться, но смысла в этом Ларкейд не видел. Пока что. Он не знал, что происходит снаружи. Быть может, сюда уже направляется кто-то из уцелевших Спригган со своим корпусом, чтобы добить остатки сопротивляющихся ишгарцев. Или Акнология, расправив черные крылья, прорывается в крутом пике через тонкую пелену облаков.
Неизвестность - худшая из пыток, что придумана людьми даже для тех, кто не относится к их жалкому виду.
Неясно, есть ли кто-то за стенами камеры. Едва ли его оставили совсем уж без надзора, но самоуверенность победивших нередко очень удачно накладывается на их же высокомерие... для того, кто проиграл. Ларкейд проигрывать не любил, но умел: нет ничего слаще, чем нанести удар в тот момент, когда враг уже задрал нос к небу.
Он начал насвистывать. Легкий незатейливый мотив, нечто среднее между детской песенкой и колыбельной. Сначала старательно попадая в ноты, а затем начиная дико, до отвращения и скрежета зубов фальшивить. Удивительно действенный и в то же время забавный трюк, позаимствованный у Вару: киборг когда-то на полном серьезе ставил эксперименты над тем, сколько продержится в среднем тюремный стражник, если ему целенаправленно напевать одну и ту же мелодию в различных вариациях.
Лучший результат - два часа, две минуты и пятнадцать секунд.
А любезные тюремщики Ларкейда заодно весьма кстати снабдили его водой на тот случай, если ему в процессе пения захочется смочить горло.
Этериас спокоен, расслаблен и никуда не торопится. По крайней мере, любой, кто сейчас заглянул бы к нему в камеру, решил именно так. Складывалось впечатление, будто он абсолютно уверен в том, что скоро выйдет отсюда, а все случившееся - лишь досадное недоразумение, которое достаточно легко и быстро решится.
В общем-то, Ларкейд склонен был с этим согласится. Все действительно определится в самое ближайшее время. Так или иначе.

0

3

Война окончена. Это, несомненно, прекрасно, прекратились постоянные бои, больше люди не живут в страхе, но, увы, все не так безоблачно, как хотелось бы. Фиорская сторона потерпела не так много потерь среди ключевых лиц, но без тяжелых ранений остались единицы. Многие рядовые маги и по сей день находятся на грани жизни и смерти, но если бы только эти бесславные герои серьезно пострадали… Кощунственно говорить, но Миллиана хоть и была существом добрым и понимающим, но чужая беда, покуда она далека не слишком её заботила. Ей было печально, она была зла на врагов и не собиралась так быстро их прощать, как обычно это делает всем известная хвостатая гильдия. Особенно, когда жизнь её боевой подруги находилась на грани жизни и смерти.
Местные медики могли лишь разводить руками и лишь поддерживать жизнь, каждый раз утверждая, что долго они этого делать не смогут. Все, кто могли помочь Кагуре находились слишком далеко. Даже если немедленно отправиться за ними шанс успеть был крайне крохотный, почти ничтожный.  Сейчас у милой кошки оставалась два варианта: отправиться на поиски лекарей или же смирно оставаться у постели подруги, поддерживая её последние минуты. Второй… он был слишком тяжелый морально, ведь сидеть, сложа руки, Милли не могла, да и подруга давно была без сознания. Отправиться в путь дорогу в надежде успеть? Слишком много сомнений и страха не успеть. А тем временем время неумолимо сходило на нет.
К тому моменту, когда кошатина добралась до входа в подвал, она уже плохо соображала. В этот раз её привычный полуголый наряд был дополнен рюкзаком, в котором побрякивали бутылки, наполненные огненной жидкостью. Руки тряслись, хотя в этот раз девушка была еще трезва, нет, вечер она проведет  в компании горячительных напитков, но пока приходилось держаться.  Натянутые нервы и полное перенапряжение организма сказывалось на внешнем и внутреннем состоянии. Да и цель её визита была слишком уж… так сказать отдавала идиотизмом. Прийти к поверженному  врагу с предложением спасти подругу, Миллиана знала что пошлют её далеко и надолго, но быть может она сможет хоть как-то заставить это существо помочь ей. Трудно было сказать, кто именно обмолвился ей о способностях врага и правда ли это, но других вариантов просто не оставалось. Лучше зайти в пасть тигру, чем смотреть, как умирает близкий человек.
Идти было тяжело, собраться с духом и открыть дверь еще более тяжкое задание. Милли уже «поменялась» сменой  со стражником, а значит им никто не помешает. Милли плохо представляла как начать разговор, что сделать, как встать куда смотреть, все эти мысли крутились в её башке, она не могла выкинуть их как обычно, что еще больше сводило с ума.  Впрочем, она готова даже предать своих ради спасения Кагуры, о чем здесь вообще пойдет речь, если решение было принято заранее, а сейчас кошатину сдерживают лишь моральные нормы. 
Как только дверь ведущая в подвал приоткрылась, девушка сразу же поморщила чувствительный нос. Хоть Русалки башмачок и следил за чистотой во всех помещениях гильдии, но подвал, где хранились узники, все равно пах не ромашками и даже не кошачьей мятой.  Кошка шла медленно, стараясь с каждым шагом придать себе больше уверенности. Хоть основные черты характера этой мадам импульсивность и вспыльчивость, сейчас она засунула их куда подальше. Приходится брать себя в руки и в стиле невинной овцы ползти в логово волка. По мере приближения все громче звучала идиотская мелодия, которая просто разрезала уши. Голова распухшая им без того от тяжких дум, увеличилась втрое и загудела с новой силой.
- Это твой способ привлечь внимание, м? – подойдя почти вплотную к клетке наконец подала голос кошатина. Ходят легенды, что вначале разговора нужно здороваться, только этот момент она плавно опускает. Мужчина сидящей пред ней был в десятки раз сильнее, и злить его, даже закованного в цепи было не лучшей идеей, но для Милли это был придел оказываемого дружелюбия. – Мне нужна твоя сила, что бы помочь одному человеку. Я осознаю, что ты потребуешь что-то взамен или можешь просто отказать, - запнулась мадам и нервно поправила рюкзак на плече, отчего бутылки зазвенели, как колокола на новый год. Втянув побольше воздуха в легкие, наконец смогла продолжить диалог: - но я надеюсь, что мы сможем договориться.

Отредактировано Millianna (2017-09-24 19:22:57)

0

4

Как только гостья оказалась на пороге камеры, насвистывание оборвалось. В установившейся тишине Ларкейд, чье выражение лица так и не изменилось с привычно полупрезрительного, окинул явившуюся к нему девушку глумливым взглядом, не сулившим той ровным счетом ничего хорошего. Та, впрочем, явно была больше поглощена своими собственными мыслями, чтобы уделять достаточно внимания мелочам: слишком уж разбитой и подавленной она выглядела для той, кто принадлежал к стану победителей.
Красива. Эффектная фигура, подчеркнутая открытым нарядом, необычные кошачьи атрибуты, за которые Димария, наверное, сделала бы невозможное, только чтобы получить в свою коллекцию такой экземпляр. Лишь потерянный взгляд и отсутствие улыбки на губах не дают оценить визитершу в полной мере.
У Ларкейда свои представления о красоте. Люди в его понимании прекрасны лишь в те моменты, когда улыбаются. А еще лучше они становятся, когда с этой же улыбкой отправляются в мир иной.
А она, видимо, совсем отчаялась, раз явилась в нему с такой просьбой. Драгнил догадывался, в чем или, вернее будет сказать, в ком тут дело: подружка девочки-кошки, которую сам же этериас подвел почти что к самой грани, едва не сбросив в непроглядно-темную пропасть. И теперь та, что назвалась Кагурой Миказучи, падала в пустоту, а ее драгоценная подруга была не в силах ей помочь никаким иным способом, кроме как обратиться за помощью к тому, кто сам нанес те раны.
- Наши драматурги назвали бы это бог из машины, - усмешка проступает отчетливее, а тон, с которым Ларкейд отвечает своей гостье, ставит под сомнение тот факт, кто именно из них сейчас находится в плену, закованный в изолирующие магию кандалы.
Он глядит на нее, с притворной вежливостью приподняв бровь, задумчиво перебирая невидимые нити, что она уже успела без задней мысли передать в его руки, предоставляя ему одну возможность за другой, лишаясь с первых секунд своего превосходства как тюремщик и ставя их обоих на одну доску, позволяя ему выбирать. Ее отчаяние - лакомый кусочек, источающий невероятно чарующий аромат, который этериас ощущает каждой клеточкой своего тела.
"Насколько силен твой страх? Насколько глубока эта пропасть? На что ты готова пойти?"
Ларкейду пока что неведомы ответы на каждый из этих вопросов. Он может только предполагать, но даже имея одни лишь скупые догадки, можно с достаточным запасом уверенности утверждать, что кошачьи коготки уже начали потихоньку увязать...
- Откуда эта нелепая уверенность в том, что твоя цена меня устроит?
Он бессовестно тянет время, наслаждаясь ее беспомощностью, и заодно заставляя нервничать еще сильнее, оставляя наедине с мыслью о том, что подруга продолжает умирать, пока она не в силах воспользоваться единственным реальным шансом ей помочь. Драгнил не боится, что кошка уйдет: дураку понятно, что враг - последний, к кому можно явиться за помощью.
У нее нет выбора.
"Я знаю, что ты знаешь, что я знаю."
Будет ли она упираться, рассчитывая смутить его дешевым спектаклем, порываясь уйти? Попробует надавить на жалость, не зная, насколько сердцу демона чуждо это бесполезное чувство? Попытается ли подкупить немыслимыми обещаниями, пускаясь в самые смелые фантазии, лишь бы заставить его сделать то, что ей нужно?
Ларкейду становится почти что интересно. В его камере далеко не так много развлечений, как хотелось бы, а потому он совсем не прочь разнообразить вынужденное безделье, наблюдая за тем, как девчонка будет играть по едва ли знакомым ей правилам, спеша и опасаясь одновременно.
Веселье из глаз этериаса медленно исчезает. Вернее сказать, тот сам тщательно прячет одну эмоцию, заменяя другой для пущей убедительности своих слов: холод во взгляде пробирает до костей, а сталь опасно поблескивает под тусклым светом - острое лезвие, которым можно рассечь плоть прежде, чем жертва поймет, достиг удар цели или нет.
Драгнил вновь начал насвистывать.

0

5

- Поверь, я не надеюсь, на твою доброту или милость. Я не вижу этих качеств в тебе и осознаю свои шансы на успех, но… - посмотрев в глаза своего нового знакомого, кошка лишь провела длинными когтями по решетке. вновь впадая в задумчивое состояние, - я могу попытаться выторговать у тебя помощь. Едва ли тебя заинтересует нечто обыденное в роде девушек или алкоголя, о нет, я не верю в это. Но я могу предложить тебе информацию, ты ведь хочешь знать, что случилось на верху? Где твои люди, император…
Миллианна была не в верхушке власти, от того знала не так много, но знала. Те крохи информации, что так тщательно вызнавались у местных. могли дать некую картину того, что происходило на других полях боя и то, что случилось с темным магом. Кажется, этот человек был не последней фигурой для узника, но даже так, он может отказать, в конце концов просто не поверить или обмануть. Он враг, убийца, его необходимо придать суду и пресечь высшую меру, но отчего Милли не может этого позволить? Пойти на преступление против своей родины... даже раскрывать информацию о его сослуживцах без приказа будет последним делом, а что говорить об освобождении. Да и как она себе это представляет? Он не пойдет смирно, с ней под ручку, мимо любопытных взглядом остальных русалок, даже согласившись, нет гарантий, что как только оковы спадут он не убьет её и сбежит. Все сильные маги сейчас слишком заняты своей работой или с тяжелыми ранами как Кагура, а значит помочь им будет некому. Этот псих сможет запросто перерезать всех её друзей, его сила слишком велика и зная все это, она готова пойти ради спасения своей Кагуры. Глупая ошибка, которая будет стоить жизней, даже если не сейчас то, потом, в будущем он явно продолжит убивать. Но ведь это будет потом, далеко от кошачьих ушей и быть может она никогда не узнает об этом, не услышит крики раненых, не услышит плача их родных.
К горлу подступил болезненный ком, шею словно связало верёвкой. Говорить в таком положении было слишком тяжко, а значит нужно быстрее устранить все мешающее спасению. Сбросив с плеч рюкзак, в котором громко отозвались бутылки, Милли вытащила из него первую попавшуюся бутылку, предпочитая начать своё пьянство прямо сейчас. Как только жгучая влага разлилась по горлу, ком постепенно стал уходить, а боль уступила все место жгучему напитку. Поставив бутылку на пол, она не решилась предлагать алкоголь заключенному, впрочем, она была достаточно близко к его прутьям, так что взять самому не станет проблемой.
- Или ты назовешь свою цену? – взгляд снова устремился на блондинистую башку, которая всем своим видом раздражала кошку. – Может ты и сильнее меня, сильнее всех нас вместе взятых, но все же ты сейчас в цепях, сомневаюсь, что у тебя нет желаний на которые ты можешь обменять толику своей силы для её лечения.
Не хотелось представлять, какая больная фантазия окажется у этого человека. Хвост медленно вилял из стороны в сторону, словно маятник, обозначавший крайнюю степень раздражения, а сердце ускоряло темп. Каждые драгоценные минуты, что она проводит с ним, отделяют её близкого человека от беспроглядной тьмы. Вариант, в котором девушка умрет, даже если кошка убедит темного мага помочь. Совсем не рассматривался. Ведь он означал, что все бесполезно. Что же будет тогда? Смерть Симона больно ударила по старой Миллианне, та девчонка была слабой и ничего не смогла сделать, но как отреагирует она сейчас? Вырвется ли зло, но при всех её успехам в магии она и половину не сильна как самый слабый из Спригган, мстить за мечницу быть тяжело.
«- Я не питаю надежд в отношении тебя, ты зло, которое уничтожало людей годами, и ты совсем не чувствуешь вины. Ты знаешь, что у меня нет выбора, ты доволен этим, словно маньяк в клетку которого попала жертва. В отличии от тебя я могу потерять все, когда ты продолжишь спокойно сидеть в камере. Но я не Фея, я Русалка. Я сделаю все что бы убить и смерть твоя не будет легкой и безболезненной. Я не знаю, как и когда, но я сделаю это, если Кагура умрет.»
Словно кинолента перед глазами проносились кадры с их первой встречи. Первые совместные тренировки, задушевные разговоры, вступление в Гильдию. Столь значимые события, которые уже более восьми лет связываю их двоих. Кагура-тян все еще нужна Миллианне, она значимая часть жизни отпустить которую, девушка не способна. От того она и готова пойти на все для её спасения, даже сознавая, что шатенка возненавидит её за это, не примет предательство. Для неё лучше почетная смерть в сражении, чем принять лечении от подобной мрази.
- Так что?

Отредактировано Millianna (2017-09-24 19:20:48)

0


Вы здесь » Fairy Tail: Abyssal » ЛИЧНЫЕ ЭПИЗОДЫ » Веский довод


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC